Ленинградская Школа Живописи


СТАТЬИ


ВЛАДИМИР ОВЧИННИКОВ В ВОСПОМИНАНИЯХ СОВРЕМЕННИКОВ
К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ


С. В. ИВАНОВ




В 2011 году исполняется сто лет со дня рождения Владимира Ивановича Овчинникова (1911-1978), известного ленинградского живописца, одного из крупнейших мастеров пейзажа 50-70-х годов прошлого века. Ушедший из жизни в расцвете творческих сил, он оставил богатейшее художественное наследие, которое ещё ожидает своего глубокого вдумчивого исследования и достойной оценки.





Творчество Владимира Овчинникова по праву принадлежит двум замечательным художественным школам – саратовской и ленинградской. Родившись на Волге под Саратовом, получив художественное образование в Саратовском художественном техникуме у Петра Саввича Уткина, он с 1931 года жил и работал в Ленинграде, навсегда связав свою судьбу с городом на Неве. Здесь в 30-е он продолжил художественное образование сначала в Институте живописи, скульптуры и архитектуры, затем в студии Василия Савинского и ленинградском институте повышения квалификации работников искусств у П. С. Наумова, А. Е. Карева, М. Д. Бернштейна, В. В. Сукова, Р. Р. Френца. Здесь в трудные послевоенные годы восстанавливал и совершенствовал профессиональные навыки, работая бок о бок с такими же, как он, художниками-фронтовиками - Сергеем Осиповым, Николаем Тимковым, Дмитрием Маевским, Арсением Семеновым, Иваном Савенко, Василием Жаворонковым, Алексеем Ереминым, Петром Васильевым и другими. Здесь с начала 1950-х участвовал в выставках ленинградских художников. Эта «школа», это ни с чем не сравнимое творческое общение помогли в полную силу раскрыться и засверкать новыми гранями его незаурядному живописному дарованию.




Вечер на Волге. 1975

Увы, как нередко случается, первое настоящее признание пришло к Овчинникову уже после кончины. Масштаб дарования художника, представший на выставке 1988 года в залах Ленинградского Союза, поразил даже, казалось бы, хорошо знавших его коллег. Вскоре последовали международное признание и известность. На аукционах «L' Ecole de Leningrad» в Париже в 1989-1991 годах пейзажи Овчинникова пользовались безоговорочным успехом. Один из них был приобретен для парижской мэрии будущим президентом французской республики мэром французской столицы Жаком Шираком.

Сегодняшний интерес к творчеству Владимира Овчинникова, его востребованность требуют отдельного объяснения. Здесь есть как причины, коренящиеся исключительно в особенностях индивидуального дарования художника, так и всего искусства первых послевоенных десятилетий, по крайней мере, лучшей его части. Не в последнюю очередь они объясняются и назревшей потребностью очистить представления об искусстве ушедшей эпохи от позднейших искажений и бытующих предрассудков, нащупать в его богатейшем наследии ту твердую здоровую основу, опираясь на которую можно двигаться вперед. Применительно к творчеству Владимира Овчинникова и его ленинградских современников такие размышления не кажутся излишне пафосными. Как знать, может быть, именно в этом заключается одно из исторических предназначений художественного наследия 50-80-х годов, достойное место в котором занимает живопись Владимира Овчинникова.



Дождь прошёл. 1961

В этой статье мы хотим показать Владимира Ивановича глазами современников – художников, искусствоведов, друзей, родных, близко знавших его, непосредственно наблюдавших в процессе творчества. Эти живые наблюдения помогают лучше понять личность человека, приоткрывают творческую лабораторию мастера, правдиво говорят о его времени. Воспоминания была передана автору в середине 1990-х младшим сыном художника ныне покойным Львом Владимировичем Овчинниковым. Тогда же они были опубликованы в Интернете на сайте, посвященном творчеству Владимира Овчинникова и других ленинградских художников. В печати публикуется впервые.


Художник Сергей Осипов (1)

«Владимир Иванович, на мой взгляд, был восторженным, темпераментным художником. Уроженец саратовских просторов Волги, он горячо любил свою Родину. Мне приходилось немало общаться с ним и даже жить в одном доме на Песочной набережной, а иногда и вместе ездить на этюды. Наши беседы, разговоры в большинстве случаев шли об искусстве, из них ясно было видно, что, как истинный художник, он любил и преклонялся перед всем лучшим, что было создано в искусстве, как русскими художниками, так и западноевропейскими. Особенно он любил Левитана, Коровина, Виноградова, Жуковского и, конечно же, импрессионистов и их последователей, среди них выделял Ван Гога за его эмоциональность и темпераментность.



Весна идёт. 1972

В наших совместных поездках на этюды мы и жили и работали вместе. Вместе ходили на этюды, даже иногда рядом писали один и тот же мотив, но, конечно, по-разному, что не мешало нашей близости. Обычно, прежде чем написать этюд, мы внимательно всматривались в натуру, думали о нем, компоновали его, конечно в тайне, каждый по-своему, а потом уже приступали к работе. Я хочу сказать, что ни один этюд, ни один пейзаж не был случайным, необдуманным.

Приступая к работе, Владимир Иванович сначала тщательно прорисовывал каждую деталь, почти до мелочей, а уже после приступал к живописи. В природе он стремился прочувствовать, понять состояние и общую цветовую гамму данного момента, что зачастую и достигал на своем холсте. Излюбленными его гаммами, я замечал, были зелено-голубая и розовая. Иногда для этого он готовил соответствующего цвета грунта.

Первая наша с ним поездка была "во Псковщину", в старый Изборск. Он впервые попал в эти края и ему очень здесь понравилось. Ему импонировали в какой-то мере Изборские дали, поля, овраги и, конечно, глубокая старина России. Он говорил, что пейзаж Изборска напоминает ему родные волжские просторы, а Волгу он любил больше всего.



Волга. Ветреный день. 1970

Работая непосредственно с натуры, мы ставили задачу сделать не просто рабочий этюд для задуманной картины, а стремились создать самостоятельное произведение, как бы работая вместе с природой, как говорил Пикассо. Для такой работы требовался и опыт, и самовоспитание и немалые думы. Ездили мы с ним еще в Погост Сенно, что на Псковщине, писали раннюю весну, работали с большим увлечением. То было прекрасное время, пишешь и слышишь звон церковного колокола, и все это давало особый душевный настрой.

Ездили мы и в город Старицы, зимой. Работали с увлечением и восторгом. Красивый русский городок с сохранившейся стариной, особенно красив зимой, среди белого снега. Работали и в мороз, и в слякоть, бывало, занесет палитру снегом, стряхнешь и продолжаешь работать, невозможно уйти, хочется закончить.



В Старице. 1974

Из всех наших разговоров и моих наблюдений представляется, что Владимир Иванович был приверженец Саратовской школы, родоначальником которой был выдающийся художник Борисов-Мусатов. Из этой школы впоследствии вышли Петров-Водкин, Павел Кузнецов, Сарьян, Александр Савинов и Петр Саввич Уткин (2), у которого, как говорил Владимир Иванович, он учился в Саратове и получил первые навыки и живописные принципы. К ним, по существу, он и стремился в своих работах на протяжении всей творческой жизни».


Константин Овчинников, старший брат художника (3)

«Деревня Есиповка, в которой мы родились и провели свое детство, была расположена на 8-ой версте Астраханского тракта, выходившего из Саратова на юг. В 1917 году в ней было 60 дворов. Наша мать Надежда Яковлевна прожила недолго и в 1916 году умерла. Отец во время войны работал на скотобойне и мы - я, Володя, и младший брат Гриша остались на попечении бабушки и теток.

В детстве большую часть времени мы проводили на улице. Любили играть в лапту, козны-бабки, казаки-разбойники, но часто большой компанией уходили в незнакомые интересные для нас места на природе, чаще всего на большие пруды, в овраги и даже на берега Волги.

Учиться Володя пошел в 1920году, а где-то классе в третьем он познакомился с ребятами, занимавшимися в кружке изобразительного искусства при Дворце Культуры железнодорожников и тоже в него записался. Вскоре он стал делать успехи в рисовании и тогда решил выучиться на художника. Все остальное для него уже было второстепенным.



Перед дождём. 1954

В 1927 году Володя поступил в Саратовский художественный техникум. Во время учебы он жил на квартире вместе со своим новым другом Мишей Богоявленским. После окончания 1-го курса (4) они совершили большой туристический поход по Волге от Саратова до ее истока. Большую часть пути они прошли пешком. Хорошо помню, как мы провожали их в этот поход на пристани. Они очень тщательно подготовили свою одежду и снаряжение. У каждого был огромнейший рюкзак. Обуты были в крепчайшие солдатские ботинки. Первую остановку они сделали в Ульяновске, прошли пешком по Жигулям. Знаю, что были в Казани, Нижнем Новгороде, Плёссе, Ярославле, Костроме, Твери, дошли до Селигера.

Это постижение природы, интерес к жизни, к обычной жизни страны сыграли большую роль в дальнейшем, в его взрослении, становлении как личности. Володе везло на хороших учителей и друзей-товарищей, как Уткин, Савинов, Щеглов, Сева Шаталин, Миша Богоявленский. В 1929 году, когда ему еще не было 18 лет, он впервые участвовал в областной выставке, а осенью 1931 года вместе с большой группой молодых саратовских художников уезжает в Ленинград для поступления в Академию художеств. Началась новая жизнь...



Улица в Пристанном. 1966

По-моему, больше, лучше всего Володя выразил себя как художник в этюдах. Недаром большая часть их покупалась как законченные картины. Я не встречал людей, которые не приходили бы от них в восхищение... Кстати, я считаю, что по части изображения неба ему не найдется равных в нашем искусстве».


Художник Петр Васильев (5)

«Владимир Иванович Овчинников был очень одаренным человеком, от природы ему было дано многое. Мне часто приходилось бывать с ним на творческих базах. Работал он там очень плодотворно, интересно, но работы не любил показывать никому. Приходя на этюд, он долго, не спеша, всматривался в натуру, потом делал на палитре рамочку с пропорциями холста и в цвете воспроизводил отношения будущего этюда.

Любой этюд он начинал с неба. Мне он говорил: "Никогда не торопись начинать писать, вначале присмотрись, какой сегодня день, розовый, голубой, серый и т.д ...". Терпеть не мог холстов одинаковых в цвете, заученных, как он говорил, а тем более, если Север и Юг писался одинаково в цвете.




Лунная ночь на Волге. 1975

Однажды он преподал урок того, как надо писать с натуры. На берегу реки Волхов стоит красный кирпичный дом. Его частенько называют домом Годлевского (6), потому что он его взял во всю силу красного, т.е. киноварью и никого этим не удивил. Была осень, и вот однажды Владимир Иванович обратил внимание на этот дом и написал его. Только красного там почти не было, но как написал! Московский художник Буланкин (7) видел, как Владимир Иванович писал, а потом ходил и всем в восхищении говорил: "Как без напряжения и потуг мог создать на холсте совершенно удивительную вещь Овчинников!?".

Владимир Иванович, на мой взгляд, был явлением в Ленинградском Союзе художников, но прошел свой творческий путь по-настоящему неоцененным. Видимо, кого-то это устраивало. Когда я смотрю его работы, то всякий раз прихожу в неописуемый восторг и радость от его задушевной, чистой, светлой, оптимистической живописи».


Художник Иван Новосельцев (8)

«В 1961 году я участвовал во Всесоюзной художественной выставке в Москве. Идя по выставке, я вдруг был остановлен: что-то страшно родное, нашенское, саратовское. Я не удержался, подбежал к холсту. Мать моя! Там написано: Овчинников В. И.. Пейзаж видимо был написан по материалам, которые он собирал у нас в Пристанном. Хорошо узнавались наши избушки, овраг и это замечательное, чудесное, очаровательное небушко. Как он умел взять его, вот это небо! Самое главное, пейзаж этот был невероятно светлым, до такой степени светлым, что я был совершенно потрясен...




Дорога в Пристанное. 1971

Хочется рассказать про летние вечера, проведенные вместе с Володей в Пристанном. Представьте себе дачу, веранду в лунную ночь, перед нами сад, за садом наша матушка-Волга. Луна! Светло! Удивительно светло!! Само собой разговорились о Есенине. Володя говорит: "Вот, понимаешь, Ваня! Ведь Есенин-то родился сразу Великим поэтом...". Он много знал наизусть его стихов и мы часто читали их друг другу. Это наше общение с Есениным в лунные саратовские ночи на даче в Пристанном было трогательным, очаровательно прекрасным и не забудется никогда.

Этюды в Пристанном он писал подолгу и много. Сидел над оврагом и писал в любую погоду. Работал очень вдумчиво, вникал в каждую деталь. Вначале мне казалось, что он разбеливает. Но потом я увидел, что нет! То не разбел! Это напоенная светом живопись, наполненная светом и невероятной чистотой. Я бы сказал, что он всё пишет небом. Всё пишет небом, вот такая чистота!

Он многое рассказывал об Уткине Петре Саввиче. Володя весь был пропитан его школой и его отношением к живописи. Буквально всё своё время он отдавал живописи. У меня даже сложилось впечатление, что кроме литературы по искусству он мало что читал. Однажды я предложил ему прочесть роман А. Толстого "Петр I", на что он ответил: "Вань, у меня сейчас совершенно нет времени и нет тех излишних внутренних ресурсов, чтобы читать другую литературу. Я единственно, что могу сейчас прочесть - это брошюрку о Боголюбове, написанную нашим саратовским искусствоведом".



Весна. 1956

Работы Овчинникова В. И. отличаются сугубой особенностью. В чем она заключается? Я бы сказал, что он не писал небо или землю, фигуры людей, дома и т.п., он ничего этого не делал. Он создавал поэзию. Поэзию!! Вот в чём весь фокус Владимира Ивановича. И когда смотришь на его работы, то вот, волнуешься! Просто волнуешься, чёрт возьми!! И невозможно уйти от них, а когда уйдёшь, то они преследуют тебя. Едешь ли по Волге пароходом, смотришь ли на небо - и опять видишь Овчинниковское небо. Смотришь на зелень - и ... чёрт возьми! Опять Овчинниковская зелень! Его глазами начинаешь уже видеть! Это речь уже идет о силе воздействия его искусства. О его богатейшей особенности, поэтической особенности его искусства».


Художник Петр Курлев (9)

«С Владимиром Ивановичем мы познакомились ещё до войны, а в конце 1940-х годов вместе работали в копийной мастерской ЛенИЗО на 26-й линии Васильевского острова. Нас сближала совместная работа и общие взгляды на искусство.

В 1949-1950 годах копийные мастерские были ликвидированы, а работавших в них художников перевели на творческую работу по написанию "живописи малых форм" - так называемой массовой картины. Эти вещи продавались через магазины, подчиненные ЛенИЗО. Один из них был в Гостином Дворе, другой под кинотеатром "Титан". По содержанию это были пейзажи, натюрморты, изредка жанровые сцены. Они оценивались сравнительно недорого, с тем, чтобы их приобретало население. Владимир Иванович увлеченно отнесся к этому делу.



Каспий. Рыбацкие лодки. 1959

Однажды мы с ним поехали в Токсово и сняли на лето для работы небольшой дом. Приходя с этюдов, мы ставили свои работы, смотрели и обсуждали их. Владимир Иванович работал с увлечением, не боялся и больших холстов. Мне запомнилась одна из его работ, она была необыкновенно подана. Это цветы "Иван-чай", он написал их крупным планом, они как-то доминировали на всем холсте и я считал, что эта работа ему удалась. Она была решена как-то по-своему, оригинально, без всяких ссылок на других художников, никакого подражания. Это была его работа, его мышление, его подход, его композиция...

Весь зимний период в мастерской коллектив писал натюрморты. Овчинников В. И. натюрморты не писал, он в то время уже работал декоратором в универмаге ДЛТ. Он оригинально оформил внутренние помещения этого многоэтажного, шикарного магазина, а также его витрины. Возле них всегда было много народа. А в свободное время Владимир Иванович писал этюды.




Вечер на Днепре. 1956

Так прошла зима, а летом он с семьей уехал на Украину в город Канев. Осенью мы с ним встретились, он очень радушно меня принял, а мне не терпелось увидеть, что же он написал. И вот он вынимает этюды... Да! Друг мой продвинулся здорово! Он привез тогда интереснейшие пейзажи Днепра, большинство ландшафтные, с широкими Днепровскими просторами. У него появилось свое решение в живописи, колористически его новые работы воспринимались как-то по-своему красиво, интересно, тонально.

Вскоре по этюдам он написал небольшую картину "На Днепре". Вечер, спокойная вода, колорит коричневато-красный. Пейзаж как-то тепло передавал вечернее состояние, он понравился многим художникам. И в 1953 году Владимира Ивановича приняли в члены Ленинградского Союза художников. Наступил новый этап в его жизни».


Искусствовед Михаил Удалеев (10)

«В среде своих ленинградских коллег Владимир Иванович был выдающимся мастером этюда. Наблюдая за его работой на пленэре, я удивлялся остроте его видения и его поистине снайперской меткости. Он не боялся писать этюды на больших, почти картинного размера холстах. Приготовив рабочее место, художник садился на раскладной стулик под большой зонт и некоторое время зорко всматривался в открывавшийся перед ним вид. Выдавив из тубов нужные краски и быстро определив тоновые отношения, он приступал к работе со всей присущей ему энергией, пока не изменялось световое и цветовое состояние натуры. Поэтому-то на его этюдах встречаются незаписанные места. Никакой фальши и отсебятины - таков был его девиз. Он был непримиримым врагом дилетантизма, нетерпимо относился к делателям "видочков" и смазливых картинок, далеких от правды природы.



Весна. 1971

Однажды я спросил Володю, что больше всего волнует его при общении с природой на этюдах, какие задачи он хочет разрешить? - Задачи, - ответил он, - ставит сама натура: состояние погоды, неба, вид построек, характер местности и т.п. Легкость письма - вот основное, что нужно мне впредь. Но легкость не должна пониматься механически. Нужно передать всю полноту и убедительность ощущений: весомость гор, их твердость, тяжесть воды (как ртуть) и всю полноту цветового богатства неба, четкую ясность контуров рельефа, до графичности, либо силуэт полей, лугов, выжженной травы, группы лесков и кустов, деревень, дорог, идущих теней, все богатство слоев почвы на склонах и оврагах с щелями и дырками птичьих гнезд. Все, что видно, не смазывая, сохраняя всю красоту ажурности и пластичности рисунка, все четко, но мягко, цветно и гармонично. Писать надо сложно, с большим чувством и вкусом, писать реально, правдиво, в высшей степени художественно.

Так ответил Владимир Иванович на мой вопрос летом 1967 года, и я записал его ответ почти дословно».


Краткая биографическая справка

Владимир Иванович Овчинников родился 14 июля 1911 года в селе Есиповка под Саратовом.
В 1931 году окончил Саратовский художественный техникум.
С 1931 года жил и работал в Ленинграде.
В 1932-1941 годах занимался в ЛИЖСА при Всероссийской Академии художеств, в частной студии В. Савинского, в ленинградском Институте повышения квалификации работников искусств.
Участник Великой Отечественной войны.
Участвовал в выставках ленинградских художников с 1950 года.
Член ЛССХ с 1953 года.
Сыновья Вячеслав 1932 года рождения и Лев 1937 года рождения.
Скончался 22 июня 1978 года в Ленинграде на шестьдесят седьмом году жизни.
Персональная выставка в 1988 году в залах ЛОСХ РСФСР.


Библиография

- Владимир Иванович Овчинников. Выставка произведений. Каталог. – Л: Художник РСФСР, 1984.
- L' Ecole de Leningrad. Catalogue. – Paris: Drouot Richelieu, 16 Juin 1989.
- Peinture Russe. Catalogue. – Paris: Drouot Richelieu, 18 Fevrier, 1991.
- Les Saisons Russes. Catalogue. – Paris: Drouot Richelieu, 29 Novembre 1993.
- Matthew Cullerne Bown. A Dictionary of Twentieth Century Russian And Soviet Painters. 1900 – 1980s. – London: Izomar Limited, 1998.
- Vern G. Swanson. Soviet Impressionism. – Woodbridge, England: Antique Collectors' Club, 2001.
- Иванов С. В. Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. – Санкт- Петербург: НП-Принт, 2007.
- Пышный И. Н. Ленинградская живописная школа. Соцреализм 1930–1980. Некоторые имена. – Санкт-Петербург: Коломенская верста, 2008.
- Иванов С. В. Владимир Овчинников в воспоминаниях современников. К 100-летию со дня рождения // Петербургские искусствоведческие тетради. Вып. 21. СПб., 2012. С.46-53.
- 80 лет Санкт-Петербургскому Союзу художников. Юбилейная выставка. СПб., «Цветпринт», 2012. С.209.




Примечания

1. С. Осипов. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний. Осипов Сергей Иванович (1915-1985), ленинградский живописец и педагог. Окончил ЛИЖСА в 1943 году. Член ЛОСХ РСФСР.
2. Уткин Пётр Саввич (1877-1934), саратовский художник и педагог. Окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества в 1907 году. После революции преподавал в Рисовальном училище имени А. П. Боголюбова в Саратове, в ИЖСА в Ленинграде.
3. К. Овчинников. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний.
4. Здесь и далее в воспоминаниях встречаются некоторые расхождения в датах с другими источниками. Сохранена оригинальная редакция.
5. П. Васильев. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний. Васильев Петр Константинович (1909-1988), ленинградский живописец. Окончил ЛИЖСА в 1938 году. Член ЛОСХ РСФСР.
6. Годлевский Иван Иванович (1908-1998), ленинградский живописец. Окончил ЛИЖСА имени И. Е. Репина в 1949 году. Член ЛОСХ РСФСР.
7. Буланкин Владимир Сергеевич (1921-1974), московский живописец, Заслуженный художник РСФСР. Окончил МГХИ им. Сурикова в 1951 году. Член МОСХ РСФСР.
8. И. Новосельцев. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний. Новосельцев Иван Михайлович (1914-1988), саратовский живописец, Заслуженный художник РСФСР. Окончил Саратовское художественное училище (1934), Одесский художественный институт (1941). Член СХ РСФСР.
9. П. Курлев. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний.
10. М. Удалеев. Воспоминания о Владимире Овчинникове. Приводится по рукописи воспоминаний.


Статья опубликована в 21 выпуске Петербургских искусствоведческих тетрадей за 2011 год.


Copyright: С. В. Иванов, 2011.

Все права защищены.

При перепечатке ссылка обязательна.




Главная
      Статьи      Контакты